Цветовая схема:
C C C C
Шрифт
Arial Times New Roman
Размер шрифта
A A A
Кернинг
1 2 3
Изображения:
  • 649100, Республика Алтай, Майминский район, с. Майма, ул. Березовая роща, 13, кв. 59
  • 8 (388 44) 21-0-60
  • selchankamaima@mail.ru

История одной судьбы

1 октября 2021 08:10

Количество просмотров: 48

С интересной биографией юбилярши мы с Марией Юрьевной познакомились лет десяток назад, пытались помочь старушке в розыске ее сестры, но безуспешно…
Родилась Пелагея Михайловна, по отцу Пономаренко, в селе Ново-Николаевка Карасукского района Западно-Сибирского края (теперь Новосибирская область). «Возможно, сейчас этого села и в помине нет», – вздыхает рассказчица.
Так уж получилось: когда девочке было пять лет, родители разошлись – Поля осталась с матерью, а брата Романа двумя годами старше отец оставил у себя. Мать вышла замуж тоже за разведенного мужчину, с которым жила дочь Маша 1924 года рождения. Новый муж матери был родом из Украины, где у него оставались родственники, поэтому он перевез всех на свою малую родину в село Антоновку Сафиевского района Запорожской области. В 1936 году у матери родилась дочь Ольга, а затем братья Володя и Миша (оба умерли во время войны). Училась Поля в малокомплектной начальной школе, и как-то так получилось, что в третьем классе она оказалась одна. Училась она хорошо, и учительница, чтобы не заниматься с ней одной, перевела ее сразу в четвертый, который она успешно окончила.
В разгар летних каникул началась война. «Жили мы на краю села, – вспоминает Пелагея Михайловна, – проселочная дорога проходила мимо нашего дома…»  Трое суток шли гитлеровцы – пешком, ехали на мотоциклах, танках, на машинах и везли пушки. Сначала они показались даже добрыми – кидали ребятишкам шоколадки, сахарин и другие сладости. Но потом поломали весь сад, постреляли уток и гусей, застрелили кабана и быка (куриц успели зарубить сами), угнали корову (она от них убежала домой, но через несколько дней ее привязали за веревку и увели за подводой). Немцев в селе не было, они стояли лишь в районном центре, но иногда наведывались и делали облавы. Сохранился колхоз, а председателя стали называть старостой. Он не обижал сельчан и по возможности старался всем помочь.
Мать прятала сбежавшего из плена красноармейца Сергея, еще двое молодых солдат Иван и Николай жили у соседок, они даже поженились. Когда не было немцев, солдаты работали в колхозе, помогали женщинам. Однажды пришли фашисты, а Сергей успел спрятаться под койку. Пол в доме был глиняный, и мать, увидев немцев, быстро разлила ведро воды и бросила мокрую тряпку, а сама скрылась в огороде. Немец в начищенных  до блеска сапогах заглянул в дом и наставил автомат на Полю: «Рус, партизан есть?» Девочка испуганно замотала головой. Видимо, он не решился марать сапоги и, повернувшись, ушел. В соседней деревне кто-то указал семью, прятавшую солдата, – расстреляли всех и дом сожгли.
Жили впроголодь, печь топили кизяками, хворостом из ивняка и акации. Дети наравне со взрослыми с утра до ночи трудились в поле. Бои обошли село стороной, и однажды ночью вошли советские солдаты. Вернулся комиссованный по ранению отчим,  его выбрали председателем колхоза, но недолго довелось поработать – как-то пешком отправился он по делам в районный центр, упал от истощения и больше не поднялся. Немного походила Поля в пятый класс в соседнее село и бросила учебу за неимением подходящей одежды и обуви. Два года подряд был неурожай, люди голодали, и мать предложила девочке отправиться к отцу в Сибирь. Долгих две недели без денег и продуктов добиралась Пелагея до Новосибирска – на голых досках, а то и просто на подножке вагона. Повезло лишь один раз – сутки ехала с солдатами на соломе. Пешком добиралась в деревню к отцу, немного подвез догнавший на подводе старичок. «Хороший человек Михаил Степанович, – отозвался он об отце. – Но если не примет, приходи ко мне жить!»
В 16 лет девушка устроилась  на работу в рыболовецкий сов- хоз (рыбхоз). Работала на засолке рыбы, в коптильне, но через год попросилась на рыбалку. Пять лет зимой и летом занималась она рыбной ловлей. Старший брат Роман жил в Прокопьевске и позвал младшую сестру к себе. Поработала грузчицей, а затем перешла в шахту и выучилась на моториста по откачке воды. В 1952 году вышла замуж за вдовца – участника войны, – у него был трехлетний сын Гена. В 1954-м родилась дочь Галя, а в 1959-м – сын Вова. Мальчик часто болел, и врачи посоветовали переехать куда-нибудь, где почище воздух. Приехали к родственникам в Бийск, а они предложили поселиться в Манжероке. Так в 1972 году семья Черномазовых оказалась в нашем селе.
Сам Алексей Иванович еще больше года дорабатывал льготный стаж на шахте. Предлагали Пелагее Михайловне выйти на работу, но муж не пустил: он получал тогда хорошую пенсию – 120 рублей, да еще работал кочегаром то в детском доме, то на мебельной фабрике. Старшина Черномазов прошел войну с немцами, но получил ранение в войне с японцами – остались осколки в колене и руке. Погиб он трагически в возрасте 71 года при спуске с пашни на мотоцикле с коляской. Долго болела Пелагея Михайловна, даже не приняв участия в похоронах мужа. Сын Володя тоже погиб в Барнауле девятью годами раньше отца.
Теперь вернусь к отцу Пелагеи Михайловны – он имел 13 ранений на фронте и контузию. Кроме Романа и Поли от первого брака в новой семье у него родились Валя, Толя, Катя, Люба, Вера и Вася. Теперь в живых осталась одна Вера, которой в октябре исполнится 70 лет. Мать Пелагеи Михайловны умерла в возрасте 36 лет, оставалась сестра Ольга, которая воспитывалась в детском доме, но в дальнейшем связь с ней потерялась…
Сейчас за Пелагеей Михайловной ухаживает 67-летняя дочь Галина, в одном селе живут внуки Алексей и Денис, а всего у нее трое внуков и 10 правнуков. Очень сожалеет юбилярша, что трудные и голодные годы войны не вошли в ее трудовой стаж и она не является труженицей тыла…

..................................................
Николай Воробьев,
Манжерок